ПАК "Созвездие"
Главная / Обзор прессы / "Мы не хотим что-то строить бесплатно"
02.07.2014

Мы владеем достаточно большим пакетом акций «Интер РАО» — порядка 19%. И если выпустить его на рынок, ситуация только усугубится, а это не нужно ни нам, ни «Интер РАО»С этого года государство вынудило естественные монополии жить в условиях замораживания роста тарифов. Это ударило и по энергетикам, которым пришлось пересматривать инвестпрограммы, урезать расходы, пытаясь сохранить физические объемы строительства. О том, где Федеральная сетевая компания (ФСК) ищет средства на инвестиции, как договориться с потребителями, чтобы те сами строили сети, и насколько будет урезано финансирование из ФНБ, "Ъ" рассказал председатель правления ФСК АНДРЕЙ МУРОВ.

— ФСК с момента ликвидации РАО "ЕЭС России" в 2008 году была независимой компанией, ею напрямую владело и управляло государство. Но с 2013 года ФСК наряду с сетевиками регионального уровня входит в холдинг "Россети". Каково место компании в нем? Правда ли, что именно за счет ФСК сокращаются издержки и урезается инвестпрограмма?

— Я бы не стал так говорить. Тут необходимо понимать, что ФСК входит в число стратегически значимых предприятий страны, является не просто крупнейшей дочкой "Россетей" по объему выручки и другим финансовым показателям, но единственным оператором национальной энергетической системы России. Да, в этом году серьезно сокращается финансирование инвестпрограммы, но ее физические объемы почти не изменились, а количество технологических нарушений уменьшилось на 18% по сравнению с 2012 годом. Подобным образом обстоят дела и с программой на 2015-2019 годы. Ее физические вводы снизятся незначительно: на 7% по трансформаторной мощности и на 11% по протяженности линий электропередачи. Финансирование при этом сокращается куда ощутимее — на пять лет мы закладывали 776 млрд руб., а получим 563 млрд руб., что на 27% меньше.

Но утверждать, что средства перераспределяются за наш счет в пользу компаний МРСК либо наоборот, нельзя. Есть здоровая конкуренция. А издержки сокращаются во всех сетях. Естественно, при этом мы взаимодействуем с другими дочками "Россетей", оказываем им содействие, с тем чтобы они, как и мы, могли исправно оказывать услуги своим потребителям.

— Стало ли сложнее ФСК отстаивать свои интересы в рамках холдинга?

— Наверное, да. И в первую очередь это связано с тем, что объем согласований для принятия решений увеличился, процесс стал более сложным. Есть документы, разработаны регламенты, однако они не всегда отвечают существующим реалиям, а даже один небольшой сбой на том или ином этапе может привести в конечном счете к серьезным задержкам. С учетом тренда на открытость и прозрачность, за который ратуют правительство и федеральные органы исполнительной власти и который мы в ФСК полностью поддерживаем, четко выстроенной структуры в этом плане действительно не хватает. Но это временное явление.

— ФСК сократила инвестпрограмму сильнее других подразделений "Россетей". Какие расходы удалось урезать и какие крупные проекты пришлось отложить?

— Дополнительные возможности для финансирования урезанной программы мы нашли за счет работы с издержками — как операционными, так и инвестиционными. Основной задел, чтобы дополнительно получить экономию, находится в инвестзатратах. Мы взяли обязательство в 2014 году сэкономить 15% операционных и 10% капитальных затрат по отношению к 2012 году, что непросто, но пока нам удается это делать. После согласования с органами исполнительной власти реализация некоторых проектов была перенесена на более поздний период, например, с 2015 на 2018 год. Но наш случай не уникален. Многие госкомпании вынуждены действовать по такому принципу.

— А что именно перенесено?

— Ограничусь тем, что сообщу о сбалансированности программы по 2014 году. В нее включены объекты, обеспечивающие надежное и устойчивое функционирование ЕНЭС, в том числе во время максимальных нагрузок осенне-зимнего периода 2014-2015 годов. Первоочередное внимание при формировании инвестпрограммы уделяется мероприятиям по схемам выдачи мощностей генерации, обеспечивающих надежность работы сетей и технологическому присоединению потребителей. Особое внимание уделяется ее согласованности со схемой и программой развития ЕЭС и территориальными программами развития энергетики регионов. Несмотря на в целом успешную синхронизацию этих программ, мы иногда имеем и проблемы. Ведь как у нас иногда бывает: региональные власти настойчиво добиваются строительства жизненно необходимых, по их мнению, объектов, а потом оказывается, что они плохо загружены или вообще простаивают, так как планы развития регионов изменились. Спросить за поспешное или непродуманное решение о строительстве сетевого объекта не с кого, поскольку персональной ответственности региональные власти за это не несут. Мы будем делать все возможное, чтобы избежать таких ситуаций, и строить в первую очередь там, где это необходимо.

Проделана большая работа по оптимизации инвестпрограммы — это необходимый шаг, призванный снизить финансовую нагрузку не только на ФСК, но и на всех потребителей, включая население. Принято решение перенести на более поздние сроки реализацию около 180 проектов, стоимость каждого из которых превышает 500 млн руб.

— Инвестпрограмма ФСК сильно зависит от оплаты технического присоединения (ТП) новой генерации. Удалось ли отстоять в диалоге с ведомствами полную оплату ТП, в том числе для ГЭС и АЭС? Если ТП для генерации будет оплачено частично, как будут компенсированы выпадающие доходы?

— Тут не идет речи о том, что отстояли или не отстояли. Есть федеральный закон N308, вступивший в силу в конце 2013 года. В нем четко прописано, что за техприсоединение платить должны все генерирующие компании. Да, на них возложены государственные задачи, но и мы такая же госкомпания с такими же государственными обязанностями. Мы не хотим что-то строить бесплатно. А если надо, чтобы ТП генерации оплачивалось частично, тогда вносите изменения в закон с одновременным внедрением механизмов компенсации недополученных доходов. По-другому тут невозможно.

— То есть пока вы рассчитываете на оплату от генерации в полном объеме?

— Разумеется. Более того, эти источники включены в нашу программу, учтены и просчитаны. Суммарный доход от оплаты за ТП до 2019 года должен составить порядка 113 млрд руб.

— "РусГидро" и "Росатом" ссылаются на соглашения по схемам выдачи мощности с ФСК. Разве они не отменяют оплату ТП?

— Нет, не отменяют. Между ФСК и этими компаниями действовали соглашения, которые предусматривали реализацию схем выдачи мощности за счет инвестпрограммы ФСК. При этом действующие тарифные решения позволяли включать затраты в инвестпрограмму. Сейчас с учетом ограничения роста тарифов и вступившим в силу ФЗ-308 реализация схем выдачи мощности в рамках инвестпрограммы не может быть реализована. Мы предпринимаем шаги по приведению соглашения с "Росатомом" в соответствие с нормами законодательства. С "РусГидро" уже подписано соответствующее соглашение по синхронизации сроков и мероприятий инвестпрограмм.

— Еще один риск тарифных изменений — снижение доходности по методу RAB-регулирования (позволяет учитывать в тарифах возврат инвестиций). Как вы планируете сохранить инвестпривлекательность ФСК?

— Сейчас действительно обсуждаются параметры тарифного регулирования на новый период. Существует риск снижения доходности на капитал в условиях ограничения тарифов. Однако это будет во многом зависеть от законодательства в области оплаты мощностей, а также установления платы за ТП генерации и утвержденного объема инвестпрограммы. И здесь хотел бы пояснить более подробно. Доходность на капитал — это возврат инвестиций, вложенных в строительство объекта. Если мы получаем плату за ТП конкретных пользователей или генератора, то возврат происходит сразу, если за счет тарифа на передачу, то в течение определенного периода времени (который может достигать нескольких десятков лет). Соответственно, даже в условиях ограничения роста тарифов, если будет установлена плата за ТП для генераторов, у нас будет достаточно высокая доходность на капитал. Дополнительный доход может принести и оплата резерва мощности. Если законодательством будет предусмотрен такой вариант, то это может частично компенсировать снижение доходности от ограничения роста тарифов. Снижение среднегодовых инвестзатрат также уменьшит потребность в приросте тарифа для обеспечения адекватной доходности на капитал.

Но не стоит забывать, что корректировка инвестпрограммы ФСК еще не утверждена, проект постановления правительства относительно оплаты резерва мощности только разработан Минэнерго и проходит согласование, а заявки на установление платы за ТП находятся в работе в ФСТ. Поэтому однозначный вывод про существенное снижение доходности делать нельзя — скорее, мы смотрим на ситуацию с умеренным оптимизмом. У нас есть все основания надеяться, что наша тарифная модель будет сбалансирована.

— А интерес инвесторов к участию в уставном капитале ФСК видите? На какой пакет они могут рассчитывать?

— У нас основной акционер — "Россети", через которые государство контролирует более 80% ФСК. Поэтому теоретически речь может идти о пакете миноритариев — 19%. Говорить об этом мне довольно сложно, ведь это уже существующие, реальные акционеры, которые должны сами принимать решения. Что касается государства, то вероятность изменений в части владения акциями ФСК мне представляется крайне низкой.

— Возможна ли допэмиссия ФСК? Определились ли вы, как снизить разрыв между рыночной (сейчас около 0,06 руб. за штуку) и номинальной (0,5 руб.) стоимостью акций?

— Допэмиссия в настоящее время в пользу инвесторов не планируется, так же как и снижение доли "Россетей". Рыночная же стоимость акций во многом зависит от макроэкономической ситуации. Что касается разрыва, то у нас номинал акций никогда не был сопоставим с рыночной ценой. Здесь вопрос заключается в рисках — если менять номинал, то можно столкнуться с предъявлениями кредиторов по оплате обязательств. Повышение капитализации в ближайшее время также вряд ли произойдет. Вместе с тем компания разрабатывает план по росту акционерной стоимости. Однако многое будет зависеть от макроэкономической ситуации и тарифной политики на 2015-2016 годы.

— ФСК остается обладателем второго по размеру пакета акций "Интер РАО". Возможна ли реализация этого пакета для финансирования инвестпрограммы в условиях тарифных ограничений? Какую цену пакета вы считаете оптимальной?

— Думали об этом, но выгоды в продаже этого пакета акций не видим. Конъюнктура не та. Мы владеем достаточно большим пакетом — порядка 19%. И если выпустить его на рынок, ситуация только усугубится, а это, ясное дело, не нужно ни нам, ни "Интер РАО". Как вариант возможны схемы с участием энергетических компаний, заинтересованных в этом процессе. Например, обмен или покупка интересующих нас активов ЕНЭС. При условии их экономической привлекательности нам это будет интересно.

— Это может быть, например, Дальневосточная распределительная сетевая компания (ДРСК) "РАО ЭС Востока"?

— Нет, ДРСК не имеет магистральных сетей. Помимо ФСК, магистральные сети есть у Иркутской, Сибирской, Татарской и Башкирской электросетевых компаний, а также у "РАО ЭС Востока" и МОЭСК (входит в "Россети".— "Ъ"). И хотя более 85% магистральных сетей находится в нашем управлении, возможны различные варианты обменов. Это длинная схема, которую надо отстраивать, и, конечно, принимать политическое решение.

— Вы имеете в виду, что решение об отчуждении пакета "Интер РАО" должно принимать правительство?

— Это решение должно проходить определенные корпоративные процедуры, которые менеджмент может только инициировать, но не более того. Особенно когда речь идет о продаже пакета акций. Это вообще сугубо директивный вопрос.

— Дополнительным обременением для инвестпрограммы ФСК может стать энергоснабжение Крыма. За счет чего считаете возможным это финансировать?

— Говорить об этом пока слишком рано. У нас есть лишь договор, по которому до конца года проект должен быть разработан и утвержден, после этого будет принят к исполнению. Так что здесь никакой конкретики пока нет и быть не может.

— ФСК будет строить сети для энергоснабжения БАМа и "Транссиба". Что включает проект и сколько средств на это потребуется?

— Расчеты ведутся исходя из потенциала роста нагрузки от объектов ОАО РЖД на 1,2 ГВт относительно текущих 2,79 ГВт. Пока мы говорим о 25 объектах электросетевого хозяйства (напряжением 220 кВ и выше) на территории Сибири и Дальнего Востока общей протяженностью воздушных линий 5,6 тыс. км и трансформаторной мощностью 4,4 ГВА, включая ветку в сторону Удоканского ГОКа. Весь проект в части ФСК оценивался нашими специалистами в сумму порядка 180 млрд руб., при этом 71 млрд руб. мы хотели привлечь из Фонда национального благосостояния России. Они пойдут на первоочередные мероприятия до 2018 года. Остальной объем средств планируем изыскивать самостоятельно. Это будут собственные средства, плата за техприсоединение, возможны дополнительные рыночные заимствования с учетом лимитов по долговой нагрузке.

— Может ли сократиться финансирование энергоснабжения БАМа и "Транссиба"?

— По результатам согласительных совещаний в Минэнерго общий объем средств на энергоснабжение БАМа и "Транссиба" (без мероприятий по потребителям) составит 122 млрд руб. Из них заявка на средства ФНБ может быть на 40% (около 49 млрд руб.).

— За счет чего предлагается удешевить проект?

— За счет исключения техприсоединения крупных потребителей в регионе.

— У ФСК уже есть проект по строительству сетей с "Полюс Золото", какие еще партнерства с потребителями вы рассматриваете?

— ФСК уже с конца прошлого года, когда было принято решение о замораживании тарифов, начала изыскивать возможности по увеличению нетарифных источников финансирования инвестпрограммы. И формат ГЧП является идеальным вариантом в данном случае. "Полюс Золото" за два года вложит порядка 1,5 млрд руб. в строительство объектов в Красноярском крае (подстанция 220 кВ и две линии 220 кВ), ФСК в свою очередь будет осуществлять технический надзор за реализацией проекта. Таким образом, в плюсе окажутся все. Для нас самое главное преимущество в том, что необходимые мощности для производств строятся не через несколько лет после внесения в инвестиционную программу, а сегодня и за счет инвестора. "Полюс Золото", в свою очередь, получит прибыль, когда ФСК на выгодных условиях выкупит эти объекты с рассрочкой на 10 лет. По этому пути, надеюсь, мы будем выстраивать в ближайшее время взаимоотношения с теми крупными предприятиями, у которых есть средства или которые готовы получать внешние заимствования. Есть ряд инфраструктурных компаний, которые имеют потенциал развития, изъявившие желание работать по подобной схеме.

— Как будет выглядеть сотрудничество с "Норникелем" по строительству высоковольтных линий, соединяющих Таймыр с Единой национальной электрической сетью?

— Об окончательных параметрах здесь говорить пока преждевременно. Мы уже провели анализ баланса мощности и электроэнергии, подготовили прогноз уровней электропотребления и нагрузок и разработали варианты присоединения Таймырской энергосистемы к ЕНЭС. Теперь нам с "Норникелем" предстоит определить приоритетный вариант реализации проекта с учетом экономической целесообразности. После необходимых процедур одобрения мы займемся вопросом финансирования. Наиболее вероятный на данном этапе вариант — ГЧП.

Реализация этого проекта может способствовать решению ряда проблем. Таймырская энергосистема является избыточной, а это значит, что за счет этих мощностей мы сможем повысить надежность электроснабжения других. В маловодный же период на Таймыре, то есть при сокращении объемов вырабатываемой энергии или во время выполнения плановых ремонтов, будет возможен переток, за счет которого удастся предотвратить проблемы с электроснабжением уже на самом полуострове.

— Как снижение рейтингов международных агентств (кредитного рейтинга от S&P до BBB- с негативным прогнозом, возможный пересмотр рейтинга Moody`s и негативный прогноз по дефолту от Fitch) отразится на ваших возможностях по привлечению госсредств?

— Особо не отразится. Да, рейтинг понижен до ВВВ-. Но он по-прежнему суверенный. И никаких проблем с получением финансирования из-за этого на сегодняшний момент я не вижу.

— Совет директоров ФСК рассмотрел вопрос о выплате квартальных дивидендов. Сколько ФСК готова выплатить акционерам за этот период? Кто выступал инициатором промежуточных дивидендов? Государство?

— Да, такой вопрос был рассмотрен и принят на совете директоров ФСК по инициативе менеджмента. По выплатам речь идет о 436,8 млн руб. за первый квартал 2014 года. На предыдущем внеочередном собрании акционеров мы обещали акционерам, что ФСК будет работать на их интересы и сделает все возможное, чтобы платить дивиденды.

Интервью взяла Анастасия Фомичева


kommersant.ru
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.